ОТЕЧНИК,

составленный святителем
Игнатием Брянчаниновым


К предыдущей странице       Оглавление       К следующей странице


Авва Памво - авва Тифой

     1. Просил авва Феодор Фермейский наставление у аввы Памво. После продолжительного молчания Памво сказал Феодору: Феодор! иди, стяжи милость и получишь дерзновение пред Богом [1].

     2. Сказал авва Памво: Если будешь иметь сердечное трезвение: то возможешь спастись [2].

     3. Однажды Архиепископ Феофил посетил Скит. Братия собрались к нему и сказали авве Памво: скажи папе назидательное слово, которое бы принесло ему пользу. Старец отвечал: если молчание мое не принесет ему пользы: то не принесет пользы и слово мое [3].

     Сказал авва Павел Скитский: Вижу себя утопшим в грязи по выю и плачу перед Иисусом моим, говоря: помилуй меня [4].

     Блаженной памяти Павел Простый, ученик аввы Антония, поведал отцам следующее: Однажды пришел он в монастырь для посещения и наставления братий. После обычных взаимных приветствий они пошли в церковь Божию к молитвенному правилу. Блаженный Павел, остановясь у входа, смотрел на каждого входящего в церковь, внимал тому душевному расположению, с которым каждый входил: он, по особенному дару благодати Божией, видел состояние души каждого подобно тому, как мы друг у друга видим лица. Все входили с светлыми и веселыми лицами, с каждым шел Ангел, радуясь о нем; но одного из братий увидел Павел с лицом черным; все тело его было темно; с обеих сторон держали его демоны и влекли к себе, вдевая узду в его ноздри; святой Ангел, печальный и плачущий, следовал издалека. Проливая слезы и часто ударяя себя рукою в грудь, Павел сидел у дверей церковных и горько рыдал о том, кого он увидел в таком душевном состоянии. Некоторые из братий, увидев внезапную перемену в старце, его слезы и рыдание, и полагая, что он увидел что-либо достойное сожаления во всем обществе их, упрашивали его сказать им о причине плача; предлагали ему войти с ними в церковь; но Павел не принял предложения их, и, отказавшись войти в церковь, сидел у дверей и горько оплакивал виденного им. По окончании непродолжительного церковного молитвословия [5], Павел опять внимательно смотрел на выходящих, чтоб видеть, в каком душевном состоянии каждый выйдет из церкви. И вот! видит он, что муж, у которого прежде лицо было черным и все тело темным, выходит из церкви с лицом светлым; тело его было чисто, демоны, которые прежде держали его, шли вдали: возле же него шел Ангел в веселии и радости о нем. Павел пришел в восторг от радости и, благословляя Бога, взывал: о неизреченное милосердие Божие и благость! о божественная милость и неисчислимые щедроты! Поспешно взошел он на возвышенное место и громким голосом сказал: придите, видите дела Господа, как они страшны, как они достойны всякого удивления! Придите, видите Того, Кто хочет всем человекам спастись и в познание истины придти (1 Тим. 2, 4)! Придите, поклонимся и припадем пред Ним, и скажем: Ты один можешь отпущать грехи! На голос Павла стеклось все братство монастыря, желая услышать, что он скажет. Когда пришли все, Павел поведал виденное им, когда братия входили в церковь, и после, когда выходили. И спросил он мужа сказать причину, по которой Бог даровал ему такое внезапное изменение. Обличенный Павлом, брат открыто поведал всем окружавшим его: я - грешник, и в течении продолжительного времени, доселе, жил, предаваясь любодеянию: ныне, вошедши в святую Божию церковь, услышал глас читаемого пророка Исаии, правильнее же глас Бога, говорившего чрез пророка: Измыйтеся и чисти будете: отымите лукавства от душ ваших пред очима Моима: научитеся добро творити. И аще будут греси ваши яко багряное, яко снег убелю, и аще хощете, и послушаете Мене, благая земли снесте (Ис. 1, 16-19). Я, продолжал он, приведен был этими словами в необыкновенное умиление, и воздохнув от глубокого сознания в греховности моей, возопил мысленно к Богу: Боже, пришеый в мир грешники спасти! (1 Тим. 1, 15)! соверши на самом деле со мною грешным и недостойным то, что Ты обетовал ныне чрез пророка Твоего. Вот! ныне же даю Тебе обещание, исповедуя его сердцем и утверждая словом, что уже не буду более делать этого греха, что отрицаюсь от всякого беззакония, и послужу Тебе отселе чистою совестию. Господи! от сего дня и часа прими меня, приносящего покаяние и припадающего Тебе, отрицающегося от всякого греха. Дав эти обеты, я вышел из церкви, положив завет в душе моей не делать ничего неблагоугодного пред очами Господа. Услышав это, все братия воскликнули к Господу громким голосом, говоря: Возвеличишася дела Твоя, Господи: вся премудростию сотворил еси (Пс. 103, 24). Христиане! познавая из Священного Писания и Божественных откровений великую благость Божию к тем, которые благоговейно обращаются к. Нему и покаянием очищают прежде содеянные грехи свои, познавая, что они не только не подвергаются казням за эти грехи, но и наследуют вечные блага, - не будем отчаиваться в спасении нашем. Бог, как чрез Исаию пророка обетовал тех, которые погрязли в грехи, снова омыть, убелить подобно овечьей шерсти и снегу и исполнить небесными благами горнего Иерусалима, так опять и чрез пророка Иезекииля с клятвою удостоверяет нас: Живу Аз, глаголет Господь, не хочу смерти грешника, но еже обратитися и живу быти ему (Иез. 33, 11).

     Брат спросил авву Руфа: какое значение безмолвия, и какая польза от него? Старец отвечал ему: безмолвие есть уединенное пребывание в келлии своей с разумом (разумное, а не безрассудное) и страхом Божиим, в памятовании Бога (в различных видах молитвы), в удалении от памятозлобия и высокоумия (эти две страсти очень борют безмолвника, основываясь первая на второй). Такое безмолвие рождает все добродетели и охраняет инока от всех разженных стрел врага, не допуская уязвляться ими. Истинно, истинно говорю: стяжи, брат, такое безмолвие. Памятствуй о смерти твоей, потому не веси в кий час тать приидет (Лк. 12, 39). Бодрствуй над душою твоею [6].

     1. Сказал авва Сисой Великий: Будь обесчещен (т. е. с полным терпением и охотно переноси бесчестия), вполне отвергнись своей воли, отвергни все, что приводить к попечениям мира сего и к рассеянности, и найдешь спокойствие [7].

     2. Брат спросил авву Сисоя: отчего не отступают от меня страсти? Старец отвечал: залоги их находятся в тебе; выдай им залоги их, и они удалятся [8].

     Залоги страстей суть причины их. Так причина действия страсти блудной - угождение плоти, осуждение ближних. Преставший угождать плоти и осуждать ближних стяжавает силу побеждать блудную страсть.

     3. Брат спросил авву Сисоя: намереваюсь хранить мое сердце. Старец отвечал ему: как возможем охранять наше сердце, когда язык наш подобен отверстым дверям [9].

     4. Брат сказал авве Сисою: усматриваю, что память Божия (умная молитва) постоянно пребывает во мне. Старец сказал: это невелико, что ум твой постоянно направлен к Богу; велико то, когда кто увидит себя худшим всякой твари [10].

     Старец сказал так по той причине, что истинное действие умной молитвы всегда основано на глубочайшем смирении и проистекает из него. Всякое иное действие умной молитвы неправильно, ведет к самообольщению и погибели.

     5. Некоторый брат усильно просил авву Сисоя сказать ему назидательное слово, и авва сказал: пребывай трезвенно (бодрствуя над собою) в келлии твоей, и мысленно представь себя Богу (предстань Богу, ощутив Его присутствие) со многими слезами, в сокрушении духа, и найдешь покой [11].

     6. Брат спросил авву Сисоя о монашеском жительстве. Авва отвечал: пророк Даниил сказал о себе: хлеба вожделеннаго не ядох (Дан. 10, 3). Монашеское жительство требует непременно отвержения всех плотских наслаждений; при них оно состояться не может.

     7. Сказал авва Сисой: Какое бы ни случилось искушение с человеком, он должен предавать себя воле Божией и исповедывать, что искушение случилось за грехи его. Если же случится что доброе, должно говорить, что оно устроилось по промыслу Божию.

     8. Некоторые спросили авву Сисоя: если брат подвергнется падению, должно ли ему каяться в течении года? Он отвечал: жестоко - слово это. Они сказали: и так в течении шести месяцев. Он отвечал: много. Они предложили сорок дней, а он и этот срок назвал излишним. Они сказали: сколько же ты назначишь? и то скажи: если падет брат, и случится вечеря любви, должно ли ему придти на эту вечерю? Старец отвечал им: нет! он должен приносить покаяние в течении нескольких дней. Верую Богу моему: если брат будет приносить покаяние от всего сердца своего: то в три дня примет его Бог [12].

     9. Брат сказал авве Сисою: авва! что делать мне? я пал. Старец отвечал: встань. Брат сказал: я встал, и опять пал. Старец отвечал: снова встань. Брат: доколе же мне вставать и падать? Старец: до кончины твоей [13].

     10. Авва Иосиф спросил авву Сисоя: в какое пространство времени человек может искоренить свои страсти? Старец сказал: ты хочешь знать о времени (о годах)? Да, отвечал Иосиф. Старец сказал ему: в то время, в которое восстанет какая-либо страсть, искореняй ее [14].

     11. Брат спросил авву Сисоя: как мне проводить жизнь? как спастись? как угодить Богу? Старец отвечал: если хочешь угодить Богу, то исступи из мира, отделись от земли, оставь тварь, приступи к Творцу, совокупи себя с Богом молитвою и плачем, и обретешь покой в этом и в будущем веке [15].

     12. Брат спросил у аввы Сисоя, как ему жить? Старец отвечал: то, чего ты ищешь, обретается строжайшим безмолвием и смирением [16].

     13. Брат спросил авву Сисоя: что приводит к смиренномудрию? Старец сказал ему: когда кто будет подвизаться, чтоб признавать каждого человека лучшим себя: то этим доставится ему смиренномудрие [17].

     14. Поведал один из старцев: просил я авву Сисоя сказать мне назидательное слово; он сказал мне: монах мнением о себе должен быть ниже идолов. Я возвратился в хижину мою, и не поняв, чтоб значило быть ниже идолов, по прошествии года опять пришел к старцу и сказал ему: что значит быть ниже идолов? Старец сказал мне: Писание говорит о идолах, что уста имут, и не глаголют; очи имут, и не видят; уши имут, и не слышат (Пс. 134, 16-17): таким должен быть и инок. Идолы суть мерзость: и монах да думает о себе, что он мерзость [18].

     15. Некоторый мирянин шел с сыном своим к авве Сисою в гору аввы Антония. На пути сын умер. Отец не смутился, но с верою отнес его к авве и припал к ногам его вместе с сыном, как бы кланяясь ему, чтоб почить благословение. Потом отец встал, и оставив отрока при ногах аввы, вышел из келлии. Старец, полагая, что отрок продолжает поклонение, и не зная, что он умер, сказал ему: встань и поди отсюда. Отрок немедленно встал и вышел вон. Отец, увидев его, удивился; вошедши в келлию, он поклонился авве до земли и сказал ему о случившемся. Старец, услышав это, опечалился, потому что не хотел совершать знамений, а ученик его запретил мирянину сказывать кому-либо о совершившемся чуде до смерти старца [19].

     16. Авва Аммон сказал авве Сисою: когда читают книги, хочу замечать мудрые изречения, чтоб иметь их в памяти на случай нужды. Старец отвечал ему: это не нужно! нужно стяжать чистоту ума и говорить из этой чистоты, возложившись на Бога [20].

     1. Авва Силуан однажды, в присутствии бывших у него братий, пришел в исступление и пал ниц на лицо свое. После продолжительного времени он встал и предался плачу. Братия начали успокаивать его, говоря: что с тобою, отец? Но он молчал и плакал. Они упрашивали его дать им ответ, и он сказал: я был восхищен на суд и видел, что многие из нашего иноческого чина шли в муку, а многие из мирян шли в царство небесное. И плакал старец, не хотел выходить из келлии своей, хотя и упрашивали его выйти. Когда же он выходил, то покрывал куколем лице свое, говоря: зачем мне смотреть на этот временный свет, в котором нет ничего полезного для меня [21]?

     2. Когда авва Силуан жил в горе Синайской (первоначально он жил в египетском Ските), ученик его Захарий, однажды уходя на работу, сказал старцу: пусти воду в сад для напоения его. Старец вышел из келлии, покрыв куколем лице свое, так чтоб видеть только стопы ног своих. В это время посетил его некоторый брат, и увидев его издали, наблюдал, что он делает, потом, подошедши к нему, сказал: отец! для чего ты, занимаясь напоением сада, покрыл лицо твое куколем? Старец отвечал ему: чтоб не видеть деревьев, и чтоб это не отвлекло ум мой от его делания [22].

     3. Однажды вошел к авве Силуану ученик его Захария, и нашел его в состоянии исступления; руки его были простерты к небу. Затворив дверь, Захария вышел. Потом он приходил в шестом и девятом часу, и находил старца в том же положении. В десятом часу он опять пришел, и нашел его погруженным в молчание. Отец! что с тобою? спросил его Захария. Старец отвечал: сегодня мне не поздоровилось. Тогда Захарий пал к ногам его, и обняв их, так говорил ему: не оставлю тебя, доколе ты не поведаешь мне виденного тобою. Старец сказал ему: я был взят на небо, и видел славу Божию; там стоял я доселе, а теперь отпущен [23].

     4. Один из отцов рассказывал: однажды я беседовал с аввою Силуаном и внезапно увидел, что лицо его и тело озарились светом, как у Ангела; я пал ниц от этого видения [24].

     5. Однажды вопросили авву Силуана: в чем заключается твое делание, за которое ты получил такую благодать? он отвечал: я никогда не попускал войти в сердце мое помыслу, прогневляющему Бога [25].

     6. Он сказал: Когда стоишь, совершая твои молитвы, - ум твой да внимает силе слов, и думай, что ты предстоишь Богу, истязующему сердца и утробы. Когда восстанешь от сна, прежде всего прославь Бога устами твоими, потом начни правило твое легко и тихо, вспоминая греховность твою и воздыхая о ней, также ожидающую тебя вечную муку [26].

     7. Еще сказал: Возлюби смирение Христово и старайся соблюдать во внимании ум твой во время молитвы; где бы ты ни был, не выказывай себя остроумным и учительным, но будь смиренномудр, и Бог дарует тебе умиление [27].

     8. Говорили об авве Памво: как Моисей получил образ славы Адамовой, когда прославилось лицо его (Исх. 34, 29), так и у аввы Памво лицо сияло как молния. Таковы же были авва Силуан и авва Сисой [28].

     1. Некоторый брат пришел к авве Серапиону. Старец предложил ему, по принятому между монахами обычаю, сотворить молитву; но брат отказался, называя себя грешным, недостойным и самого монашеского образа. Старец хотел умыть ему ноги; но он не допустил, отказавшись теми же словами. Авва предложил ему разделить с собою трапезу. Когда они вкушали пищу, старец начал с любовию говорить ему: сын мой! претерпевай пребывание в хижине твоей и внимай себе и деланию твоему: потому что хождение с места на место не принесет тебе такой пользы, какую принесет безмолвие. Брат, услышав это, огорчился и так изменился в лице своем, что огорчение его не могло укрыться от старца. Тогда авва Серапион сказал ему: до сего времени ты называл себя грешником и говорил о себе, что ты недостоин и жизни, а только что я с любовию сказал о полезном для тебя, как ты и разгневался! Если хочешь стяжать истинное смирение: то приучайся мужественно претерпевать наносимые оскорбления от других, а пустым смиреннословием не облекайся. Брат, выслушав это, просил у старца прощения, сознаваясь в ошибочности своего поведения, и пошел от него, получив большую пользу [29].

     2. Сказал авва Серапион: Как телохранители царя, предстоя ему, не могут оглядываться ни направо, ни налево; так и человек, предстоя Богу и ощущая страх Его, не может ни на что иное обращать внимания [30].

     1. Сказал авва Стратигий: Претерпевайте пребывание в келлии, безмолвствуя, охраняя ум от греховных и пустых помыслов, молясь непрестанно, возлагая надежду вашу на Бога, и Он даст вам разум Свой (духовный), и просветит ваш ум [31].

     2. Он сказал: Если хотите спастись, то убегайте от человеков [32].

     3. Он сказал: Бежим мира и всего принадлежащего миру, потому что время наше приближается [33].

     4. Он сказал: Сколько будем плакать и раскаиваться о том, что ныне не плакали и не приносили покаяния! [34]

     5. Он сказал: Не будем любить похвалы и не будем порицать сами себя [35].

     6. Он сказал: Великие и чудные отцы наши были пастырями многих, а я, страстный, не могу быть пастырем и одной овцы - самого себя, но всегда снедают меня звери [36].

     7. Опять сказал: Будь привратником сердца твоего, чтоб не входили в него чуждые; постоянно говори приходящим помыслам: наш ли еси или от сопостат наших (Нав. 5, 13) [37].

     8. Опять сказал: Бесовское коварство и дело - внушать нам отчаяние после того, как они вовлекут нас в грех, чтоб отчаянием погубить нас окончательно. Если бесы говорят о душе: когда умрет и погибнет имя его? (Пс. 40, 6) то душа, если она пребывает во внимании и трезвении, отвечает им следующими словами: не умру, но жив буду, и повем дела Господня (Пс. 117, 17). Бесы, будучи наглы и бесстыдны, опять влагают нам: приветай по горам, якр птица; но мы должны говорить им: ибо Той Бог мой и Спас мой и защититель мой, и неподвижуся и не преселюся (Пс. 61, 7).

     9. Брат спросил старца: по какой причине я осуждаю братию? Старец отвечал: потому что ты еще не познал себя самого: видящий себя не видит недостатков брата [38].

     1. Амма Сарра была борима бесом блуда в течении тридцати лет и никогда не помолилась о том, чтоб брань отступила от нее, но молила только Бога даровать ей мужество и терпение в брани [39].

     2. Поведали о блаженной деве Сарре, что она в течении шестидесяти лет, живя над рекою, ни разу не выглянула, чтоб посмотреть на реку [40].

     Для безмолвника очень важно воздержание от любопытства, запечатлевающего душу впечатлениями мира сего, вводящего в него рассеянность и развлечение, которые наветуют и повреждают его молитву.

     Сказывали о Скитянах (монахах египетского скита), что они, когда какая-либо добродетель их делалась известною, уже не признавали ее добродетелию, но как бы грехом [41].

     Так опасны для подвижника тщеславие, человекоугодие и лицемерство! так слабо зараженное грехом сердце человеческое!

     1. Брат спросил авву Тифоя: какой путь ведет к смирению? Старец отвечал: путь к смирению есть воздержание, молитва и признание себя ниже всякой твари [42].

     2. Однажды авва Тифой сидел в келлии своей; при нем был брат, сожительствовавший ему. Авва Тифой, находясь в духовном упоении, воздохнул, забыв, что брат при нем. Оглянувшись и увидев брата, он поклонился ему, сказав: брат! прости меня: я еще не монах, потому что воздохнул при тебе [43].

     Так преподобные иноки боялись являтельства и охранялись от тщеславия, столько близкого к добрым делам, совершаемым явно.


[1] , [2] , [3] , [4] , [6] , [7] , [8] , [9] , [10] , [11] , [12] , [13] , [14] , [15] , [16] , [17] , [18] , [19] , [20] , [21] , [22] , [23] , [24] , [25] , [26] , [27] , [28] , [29] , [30] , [31] , [32] , [33] , [34] , [35] , [36] , [37] , [38] , [39] , [40] , [41] , [43] Алфавитный Патерик.

[5] В Египетских монастырях общественное Богослужение отправлялось дважды в день и состояло из протяжного чтения двенадцати псалмов: в субботу и в воскресенье совершалась Божественная литургия. Краткость общественных молитвословий восполнялась непрестанную молитвою, которая тщательно наблюдалась и в келейном безмолвии и при всех монастырских занятиях. Patrologiae pag. 985, 986, 987, 988.

[42] Достопамятные сказания.


К предыдущей странице       Оглавление       К следующей странице