ГЛАВА 20.

РАЗЪЯСНЕНИЕ ВНУТРЕННИХ СИЛ НАШЕЙ ДУШИ,

НЕСКОЛЬКО УЯСНЯЮЩЕЕ СПОСОБ ПРОИЗВОДСТВА УМНО-СЕРДЕЧНОЙ ИИСУСОВОЙ МОЛИТВЫ, КОТОРАЯ, БУДУЧИ ВОЗНОСИМА ИЗ ГЛУБИНЫ СОЗНАНИЯ СВОЕЙ ГРЕХОВНОСТИ, В ЧУВСТВАХ ПОКАЯНИЯ, С ЦЕЛИЮ УМИЛОСТИВЛЕНИЯ ГОСПОДА И ПРИМИРЕНИЯ НАС С НИМ, ЕСТЬ И СОСТАВЛЯЕТ, ПО ОБЩЕМУ ВСЕХ СВ.ОТЕЦ УЧЕНИЮ, КОРЕНЬ ВСЕХ ДУХОВНЫХ БЛАГ, КАК СОЕДИНЯЮЩАЯ НАС С СЫНОМ БОЖИИМ И БОГОМ И В НЕМ ДЕЛАЮЩАЯ НАС ОБЩНИКАМИ БОЖЕСТВЕННАГО ЕСТЕСТВА:

1) О ТОМ, ЧТО ТАКОЕ СОЕДИНЕНИЕ УМА С СЕРДЦЕМ, ТАК ЧАСТО ВСТРЕЧАЕМОЕ В ПИСАНИИ СВЯТЫХ ОТЕЦ?

2) КАКОЕ РАЗЛИЧИЕ МЕЖДУ СЛОВАМИ: УМ И ДУХ?

И, НАКОНЕЦ,

3) КАКОЕ УЧАСТИЕ ПРИНИМАЮТ СИИ ДВЕ СИЛЫ В ДЕЛЕ ВНУТРЕННЕЙ ИИСУСОВОЙ МОЛИТВЫ И В КОТОРОЙ ИЗ НИХ МОЛИТВА ВОДВОРЯЕТСЯ И ВСЕЛЯЕТСЯ КАК В СВОЕЙ ОБИТЕЛИ*.

[Мысли этой главы взяты буквально большею частию из творений св.Отец и духовных писателей, применительно к производству умно-сердечной Иисусовой молитвы. И самыя силы рассматриваются тоже только приспособительно к деланию Иисусовой молитвы. О них еще будет речь в дальнейших статьях этого произведения.]

Соединение ума с сердцем, так часто встречаемое в свято-отеческом учении, по его великой важности и совершенной необходимости в деле нашего умнаго ко Господу Иисусу внимания, говоря правильнее, есть со единение не ума, а разсудка или мыслительной силы души, находящейся в голове и вернее не с сердцем прямо, а с духом, который собственно и есть ум, и находится в верхней части сердца.

У святых Отцев он именуется словесною силою, ему прирождены высшия силы и стремления - жажда и чувство Божества; он еще называется духовным чувством, и называется орган для приятия небесных впечатлений, непосредственно обращён к духовному миру, непосредственно созерцает незаходимый свет Христа и прямо от него получает свои озарения.

Находясь в сердце, он, по непосредственности своей, необходимо передаёт всё своё содержание сердцу, по слитности с ним. Например, святой Апостол говорит: сердцем веруется в правду (Рим. 10:10). Однако, известно, что вера в Бога именно есть принадлежность духа. Это похоже на то, как если бы в закрытый малый сосуд поставить зажжённую свечу, то он по необходимости весь наполняется светом: так и дух наполняет сердце наше своим существом. Впрочем это тогда, как мы даём ему силу и простор к свойственному ему стремлению, ко его природа есть именно влечение к Божеству. От этого же бывает и нетление тел св. угодников. Ум или дух, наполнясь Божественным светом, передаёт его не только сердцу, но и всему телу.

И говорил старец в картинном изображении, как человек бывает храмом Божиим и вместилищем Божества! Но всего не возможно за множеством речи передать.

В истинном смысле умом называется духовная сила или дух человека, сущий в сердце. Он весь духовен и не принимает никакого участия в земном; служит средством соединения нашего с Господом; вся его природа состоит в стремлении к Богу и он есть то дыхание Творца, что вдохнуто в лице Адаму. Соединить мыслительную силу души или разсудок с ним требуется для того, чтобы соделать душу единою целою, а без этого, как чрез открытую дверь, входит в душу, чрез мыслительную силу, всякий сброд. Удержать же парение мысли только и может дух или ум, сам сообщаясь с Богом.

Итак - дух человеческий есть вместилище духовных ощущений, а разсудок есть только зритель - нечто внешнее. Во всех писаниях умом называют безразлично ту и другую силу души и от этого происходит крайняя запутанность. Различить только и может тот, кто точно знает предел каждой силы души и ея природу.

И вот нам необходимо войти в подробное различие этих двух сил нашей духовной природы, по крайней мере на сколько это требуется применительно к нашей цели, то есть доказать, как сии силы относятся к молитвенному делу и в которой из них молитва водворяется, как в своей обители. В Евангелии, например, говорится: отверзе им (Апостолам) ум разумети писания (Лк.24:45). Ещё Господь говорит Апостолам: тако-ли вы неразумливы есте, како непонимаете (Мк.7:18). И како вся притчи разумеете (Мк. 4:13), и Апостол говорит: мы все имеем разум, но разум кичит (1 Кор. 8:1); ещё говорится, что Господь хощет всем спастися и в разум истинный приити (1 Тим. 2:4). Это все принадлежит нашей средней познавательной способности, разсудку или разуму, находящемуся в голове. Его деятельность состоит в изследовании, изыскании, размышлении (от того он и есть "раз-ум", "раз-судок"). Природа его - мышление, а содержание его - понятия, которыя он приобретает, переходя мыслию от однаго предмета к другому: сличает, судит, обсуждает и делает умозаключения; концем-же служит знание, которое не иначе приобретается, как посредством опыта и чувственных впечатлений чрез суждения, умозаключения.

И вот, если этот разум наш направлен на духовные предметы и испытует Писания - как повелевает Господь Иисус Иудеям: испытуете Писания, яко вы мните в них имети живот вечный, и та суть свидетельствующая о Мне (Ин.5:39) - то он делается духовным и наполняется святыми мыслями из Священнаго Писания. Потому что он на какой предмет смотрит впечатлением онаго и наполняется, вернее сам делается таковым. И в этой своей лучшей и высшей стороне своего существа (бытия), разум служит средством и даёт материал для дальнейшаго движения в деле духовной жизни (образования), именно: возбуждает чувство и движет волю к познанию истины - Христа. Но его понятия вообще холодныя; он не может дать ни ощущения, ни чувства,- тем более живаго; это последнее исключительно принадлежит сердечной силе.

Сей разум у большинства людей обращён на дело века сего, и в этом своём состоянии он называется земным; ведение его - душевным, а человек, пребывающий в нём, называется, по слову Апостола, "душевным человеком", который не приемлет, яже суть Духа Божия, юродство бо ему есть; зане то духовно понимается. Этот разум развивают в школах науками, им действует и живёт всякий чин людей, живущих по духу мира сего. Художники изощряют его и в своих произведениях; живописцы утончают его и развивают в красоте и изяществе картин, видов и прочаго. Военачальники составляют им планы сражения, доктора им изготовляют лекарства, слесаря, плотники, промышленники без него не могут и шагу ступить, заводы, фабрики, пароходы - всё это дело разума или мыслительной силы, находящейся в головном мозгу; духовная же сила сердечная ни в чём этом не принимает никакого участия, а действует одна указанная внешняя сила души, и человек по всему этому называется душевным, как пребывающий душею своею в области телеснаго бытия; а вся его духовная природа, сущая в сердце, остаётся без действия, закрыта, спит.

Вот теперь и смотри свое житие, в каких силах души оно пребывает, во внутренней ли силе сердечной, которая вся духовна, питается Богом и Его святым словом, Его законами и оправданиями и не принимает никакого участия в делах мира сего; или же в душевных силах, кои разлиты по лицу всей Земли; или же ты развиваешь свою деятельность в каком-нибудь исключительном занятии: в научности ли, или садоводстве, в художествах ли каких, или же торговых предприятиях. Человек почтен свободою, и в которую сторону наклонит произволение своея души, там и будет развивать свою жизнь.

"В икономии жизни духа, разум занимает вовсе не то место, какое ему обыкновенно отводят с такою готовностию, во вред истине и самому разуму. Как бы прекрасно человек ни мыслил, он вовсе ещё не живёт сообразно с высшим назначением человека". Назначение его требует труднейшей деятельности, и оно указано св. Апостолом, именно, чтобы вселить Христа в сердце свое (Еф. 3:16-19). Поэтому-то во всех посланиях Апостольских не видется таковой пламенной молитвы святых Апостолов ни о чём другом, как именно о сем несравненном благе. Моляся о сем, св. Апостол Павел говорит: преклоняю колена ко Отцу Господа нашего Иисуса Христа, да даст вам по богатству славы Своея силою утвердитися Духом Его во внутреннем человеке вселитися Христу верою в сердца Ваша (Еф.3:17).

Согласно сему говорит и Святитель Московский Филарет: "Непостижимый для разума Бог хочет обитать только в сердце; наши настоящия познания служат нам только во времени, а сердце для вечности.

Не таково знание и деятельность ума или духа. Он не при помощи размышления или умозаключений приобретает познания, а непосредственно получает впечатления из высшаго невидимаго мира".

Так описывается это его действие людьми умными и исполненными духовнаго разума:

"Как деятельност чувств внешних состоит в восприятии и ощущении впечатлений мира видимаго, так и деятельность ума состоит в восприятии и ощущении мира высшаго, невидимаго. Если то познание, которое мы получим путём внешних чувств, не есть разсудочное знание, но познание непосредственное, то и познание ума также должно иметь характер непосредственности. Итак, деятельность ума, в отличии от мышления и чувственнаго восприятия мы можем назвать непосредственным созерцанием сверхчувственнаго".

"Человек есть существо, стоящее на границе двух миров: видимаго и невидимаго, чувственнаго и сверхчувственнаго. Как есть в нём способность, обращённая к миру чувственному - чувства внешния: зрение, слух и прочее,- так должна быть в нём и способность, обращённая к миру вышечувственному, и это есть чувство внутреннее или ум (дух)".

"Поэтому ум, как способность, обращённая к сверхчувственному, должен быть способностию восприятия этого сверхчувственнаго. Его деятельностию является не мышление, а простое восприятие или ощущение".

"Мы имеем познание трёх родов. Самое первоначальное познание есть познание чувственное - мира внешняго - видимаго, который действует на нашу душу через посредство пяти чувств: зрения, слуха, вкуса, осязания и обоняния. - Это познание непосредственное, приобретаемое действованием предметов на наши чувства. За ним следует вторая степень познавательной нашей способности - период развития мышления и познания предметов, подлежащих ведению разсудка. Познание же мира сверхчувственнаго и Божества есть самое высшее познание,- поэтому самое трудное и в общем ходе познании последнее и завершительное".

Итак, у нас два познания непосредственныя: это - первое и последнее, а в середине разсудочная сила или мыслительная, которая смотрит на это и разсуждает; из суждении образует понятия, из понятий составляет целую систему знания - науки.

Духовная сила в душе нашей - ум или дух - не разсуждает, а как глаз в теле смотрит на предметы духовнаго мира непосредственно и получает оттуда впечатления прямо и открыто. Это можно объяснить действием внешним: как телесное чувство, например, зрение или осязание, обращённое на предмет, подлежащий его действию, необходимо получает соответствующее роду своему впечатление, так и ум, устремлённый в область духовнаго мира, тоже получает своего рода впечатление; только там закон необходимости, а здесь свободное действие.

Дух в душе или ум, по изъяснению святого Иоанна Дамаскина, есть то же, что глаз в теле, и не есть что-либо отличное от неё и подобно ей самостоятельное, а есть высшая сторона тоя же души. Природа его или существенныя черты - самосознание и свобода, иначе духовность и разумность. И это есть самое высшее в человеке.

В этом пункте своей природы он малым чем умален от Ангел; здесь именно Господь венчал его славою и честию, поставил его над делы рук Своих; вся покорил под нозе его. Здесь сокрыт образ Божий, так безмерно возвышающий его над всею видимою тварию и столь любезным делающий его Создателю своему. Этой силы не имеют животные, а только люди и Ангелы, вообще разумныя существа. Здесь находится чувство Божества или,- как говорят Богословы,- идея Божества, по которой нередко и весь дух называют Божественным чувством. Оно не может быть отнято от души нашей и есть даже у язычников, не озарённых Христовым светом.

"Оно-то,- как пишут церковные учители,- с самаго начала действовало и уверяло, что есть Бог, ещё в первых возрастах человека, оно приходит ранее, чем разум. Бог ещё не известен духу, но чувствуется потребность и необходимость существа, пред Коим бы поклонялися и благоговели. Ни один народ не был лишён сего чувства" (Голубинский).

Вот это самое чувство и служит для молитвы основанием и почвою, на которой она произрастает, и разум требует соединить молитву именно с этим чувством, в котором присутствует Бог, вследствии Им Самим вложенной идеи о Нём или простее - это есть чувство Его бытия, вера в Него, зрение Его и чувствование Его.

О сем так говорится в Богословии:

"Единственный источник познания о Боге есть внутреннее чувство или ум".

"Бог непосредственно близок к нам в нашем собственном духе: точно так-же, как внешняя природа близка и присуща нам в нашем собственном теле, чрез его пять чувств.

Поэтому мы смеем решится на смелое слово, что в Бога мы веруем потому, что видим Его, хотя, конечно, не телесными очами".

"Дух человека, созданный по образу Божию в самой природе своей имеет в себе возможность и способность к непосредственному сознанию Божества, в самом самосознании человека, как существа разумнаго и высшаго природы физической, уже заключается чувствование Божества".

"Чем глубже и живее в нашем духе это непосредственное чувство Божества, или вера в Него, тем твёрже и чище наше понятие о Боге и мире сверхчувственном".

Необходимым видится именно выделить из общаго состояния наших внутренних сил, это Божественное чувство,- самое высшее в нашей духовной природе - как центр, где бывает наше с Богом соединение.

Не зная сего, нельзя иметь и правильную, настоящую молитву, потому что не знаем куда направлять своя внутренния силы души, где и в чём их соединять в одну точки, для того, чтобы сию совокупную единичность всех сил души соединить с Богом,- а при раздельности сил сего быть не может.

Здесь делается несколько понятным,- что такое есть молитва Иисусова в существе своём!... Она есть непосредственное, ближайшее и живое соединение нашей духовной природы или внутренняго человека с Господом Иисусом Христом, в Котором только и есть вечная жизнь (Ин.1:4), а чрез Него с Богом Отцем и со Святым Духом. И здесь же видется вся необходимость, нужда и неизбежность Иисусовой молитвы, имеющей предметом своим именно устремление ума и сердца ко Господу Иисусу Христу для того, чтобы, соединивши их с Его Божественным существом, иметь вечную жизнь.

Про святого Макария Великаго пишется, а также и про других святых угодников, что они были постоянно в духовном восхищении своего ума к Богу, то есть они находились или пребывали всеми силами своей души в этой высшей точке своего духовнаго бытия, или во святилище духа, куда ум, по словам святого Лествичника, принявши хиротонию от Святого Духа, вводится для служения Богу, как Иерей или как Епископ, или же как Патриарх, по мере его чистоты и любовнаго к Богу расположения.

"Если бы нужно было объяснить происхождение религии и ея всеобщность в человеческом роде, то необходимо допустить постоянное действование Божества на наш дух; - и именно на эту самую его способность, которая назначена к восприятию сверхчувственнаго. И это нужно назвать Откровением Божества в нашем духе естественным". Это врождённое человеку чувство религии или, что то же, Божества,- основанное на идее ума,- делает человека безответным пред Богом, если он Его не познаёт. За что св. Апостол Павел укоряет язычников, кои не хотели признавать Бога, имея о Нём неопровержимое свидетельство внутри себя. Деятельность ума (разсудочная) к уяснению сего чувства явилась уже в последствии времени.

Потому так широко распространилась речь о сем чувстве, что оно составляет почву и основание духовной жизни и обитель для приятилища Бога; здесь является Господь человеку лицем к лицу, якоже Моисею на горе Синайской.

Молитва Иисусова, всею своею полнотою, должна войти в сердце и водвориться в его духовной силе или духе - именно в этом чувстве; а разум, если и должен иметь какое участие в сей молитве, так разве то, что его нужно покорить в послушание духу; соделать глухим, немым, недейственным, голым от всякаго образа, мысли и представления. Одним словом лишить его свойственной ему деятельности многомыслия и неудержимой стремительности.

Назад           Далее